16. Как держаться естественно на сцене. Школа ораторского искусства для взрослых в Москве - лучшее место для раскрепощения!

Со всех углов я слышу: держитесь естественно, держитесь раскованно! Хорошо, хорошо! А что значит естественно, и как я могу понять, раскован ли я. Это вопрос. Речь идет о зажимах или скованности телесной и эмоциональной. И то, и то не решается путем команд: все, теперь я раскован! Все, теперь я раскрепощен! Будь органичен! Это ерунда. Я работаю с телесными и эмоциональными зажимами, применяя набор различных физических упражнений и психологических ходов. Вот, например, одно из упражнений.

С эмоциональными зажимами, которые мешают человеку открыться, я работаю путем постановки верных целей и поиска психофизических травм. Этого не надо бояться, они есть у всех. Их надо найти и проанализировать. Тогда будет легче выступать и договариваться. Это так. Проверил на себе. Естественность и органичность - это свобода. За телесную и эмоциональную свободу надо бороться. Причина закрытости, или замкнутости, или мышечной несвободы всегда одна - психологическая травма или ряд травм. Надеюсь, вы не падаете в обморок, услышав слово травма. Приведу один конкретный пример из практики. Он разъяснит многое. Ко мне пришла молодая девушка на индивидуальное занятия. Как всегда, перед тем, как начать, я спросил, что привело вас ко мне. Она рассказала, что ее работа состоит в том, чтобы приезжать в московские поликлиники, встречаться с главврачами и предлагать им мед. препараты крупной фармацевтической компании. Она была представителем этой компании. Ок, сказал я. А в чем проблема, чем я могу помочь? Она ответила, что когда один на один, ей достаточно легко общаться, а вот когда в кабинете больше одного человека и кто-то наблюдает со стороны за тем, как она предлагает препараты, то тут она впадает в ступор, начинает сильно нервничать, тут же теряет мысль и не знает, что делать. Работа заканчивается. Провал. Для меня подобная реакция организма была загадкой. Но если есть загадка, значит есть разгадка. Мы стали заниматься: раскрепощение, техника речи. На следующее занятие, как-то так получилось, не помню почему, я попросил взять ее рабочий текст и прочесть по бумажке. Странно, но это ей очень тяжело далось. Мы сидели. Она сказала, что когда читает - опять провал. Волнение, ступор, сердцебиение, черная дыра в голове. Словом, очень-очень трудно.

Я спросил, а что конкретно происходит, в каком смысле ступор, что это? 
Она ответила: как будто бы какое то затемнение в глазах, черная пелена или чёрное полотно. Затемнение и растерянность. Как стена. Словом, ничего не понятно. 
Я высказал гипотезу, что черной стены быть не может. Обязательно должен быть какой-нибудь образ. Может быть, нечеткий. Может быть, фрагментарный, но должно быть что-то. Я не был уверен, просто предположил и попросил вглядеться в эту черноту. А что если я прав? 
Она сосредоточилась. И вдруг: “А, нет, что-то видно”. 
Я. А что видно? Присмотритесь пожалуйста. Она. Вижу белый потолок, не белый, а такой сероватый. На нем такие советские светильники дневного света. 
Я. А что это за место, это комната? 
Она. Не знаю, но там кто-то есть. Люди.
Я. А что они делают, вы лица видите?
Она. Нет. Лиц нет. Лица как черные пятна. Я смотрю поверх голов. Они сидят. Это класс! В школе! Класс в моей школе! 
Я. Вы у доски? 
Она. Да, это в классе, я стою у доски и смотрю вперёд. 
Я. А может всё-таки лица видны, присмотритесь, пожалуйста. Кто сидит на первой парте? 
Она. Нет не вижу. Не могу разглядеть. 
Я. Больше в классе никого нет? 
Она. Нет. Больше никого не вижу. 
Я. Не может быть. Присмотритесь пожалуйста. Точно? 
Она. Какой-то уголок вижу. Справа. Темный. 
Я. Какой уголок? 
Она. Сейчас.....Это прическа. Справа кто-то есть. 
Я. Кто? 
Она. Это Галина Ивановна, педагог по русскому и литературе. Это ее голова. Прическа. Это на уроке литературы. Я отвечаю у доски. Я читаю стихотворение и очень волнуюсь. Она была очень строгая. Пожилая. Ее все боялись. У неё муж служил в Германии и она всегда одевалась лучше всех в школе. Очень строгая была. Если ты забываешь стихотворение, очень сильно кричала. Унижала детей. У нее все сидели смирно. А я постоянно у доски терялась и забывала все. Руки сильно потели. Галина Ивановна ужасно ругалась. Мне иногда казалось, что она может даже ударить.

Вот оказывается, что. Вот и причина. А теперь мы работаем и разбираем следствие того случая/ев. После того, как мы нашли Галину Ивановну и обсудили этого удивительно прекрасного человека и педагога, Оля, имя изменено, сходу прочла текст с листа и в дальнейшем испытывала гораздо меньше проблем в практике. С тех пор у меня в работе появилось устойчивое выражение: надо каждому найти своего Галюсика! А для этого нужно либо самостоятельно, что вряд ли, либо с моей помощью разобраться в своих обстоятельствах, придя к нам в школу ораторского искусства в Москве.

Каждое выступление это бой. Готовьтесь к бою. Бой с подвохом: побеждают двое, а вот проигрывает всегда один. Это вы. Только немудрый пускает дело на самотёк. Не прокатит в этот раз. Есть такое выражение: сцена мстит. Вы шлепнетесь именно в том пункте, который недоработали. Только вы шлепнитесь публично. Не дома, а прилюдно. Это может надолго вывести из строя. Это как нокаут для боксера. Можно не оправится. Хотя с другой точки зрения, может быть прокол поможет осознать всю прелесть грамотной подготовки. И громко провалившись раз, вы уже больше никогда не допустите себе выходить неподготовленным.